Охрана памятников культурного наследия
Автор: Василий Демидов   
11.06.2008 11:38

 

МАКАРОВ
Николай Андреевич

Директор Института археологии РАН, чл.-корр. РАН.

 

ГРАБИТЕЛЬСКИЕ РАСКОПКИ КАК ФАКТОР УНИЧТОЖЕНИЯ АРХЕОЛОГИЧЕСКОГО НАСЛЕДИЯ РОССИИ 

 

 

Сохранение археологического наследия для грядущих поколений рассматривается в современном мире как одно из важнейших направлений глобальной культурной политики, как неотъемлемая норма при решении любых задач современного развития. Все цивилизованные государства стремятся обеспечить физическую сохранность археологических памятников на своей территории, исходя из того, что археологическое наследие — материализованная история страны, свидетельство культурного богатства и глубины национальной исторической памяти. Более того, чем стремительнее промышленный рост, чем интенсивнее процессы технологической и социальной модернизации, тем большее значение придается сохранению национальных древностей. Речь идёт не только о сохранении археологических находок в музейных коллекциях, но, прежде всего, о физическом сохранении недвижимых археологических объектов в ландшафте — древних поселений, могильников, остатков производственных сооружений и культовых объектов. Опыт многих стран показывает, что эта задача вполне разрешима даже в условиях высокой плотности населения и интенсивного освоения территорий. Принятый в 2002 г. «Закон об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» требует безусловного сохранения археологических памятников в России, уделяя этим объектам большое внимание. Однако реальная ситуация, сложившаяся в этой сфере, далека от декларируемых принципов и вызывает глубокую тревогу.

Для России сохранение археологического наследия означает, во-первых, сохранение 49 тысяч объектов, официально находящихся на учёте как памятники археологии, во-вторых — обеспечение сохранности неизмеримо большего количества археологических объектов, ещё не поставленных на учёт или ещё не открытых и не получивших научного описания. Охрана археологического наследия имеет особую значимость для России, поскольку период письменной истории в этой части Евразии начался значительно позже, чем во многих других областях Старого Света, и археологические материалы являются, таким образом, единственным или основным источником для реконструкции исторических процессов вплоть до средневековья, а во многих районах — до Нового времени. Основным источником угрозы для археологических памятников в течение многих десятилетий являлось современное строительство. Поэтому сохранение археологического наследия предполагало, прежде всего, противодействие вторжению цивилизации на территории, насыщенные древностями, предотвращение разрушения древних объектов современными застройщиками. Однако в последнее время появился новый фактор уничтожения археологического наследия, быстро выдвинувшийся на первый план. Это грабительские раскопки с целью получения древних вещей для продажи.

Волна браконьерских раскопок буквально захлестнула Россию, выбросив на прилавки антикварных магазинов тысячи раритетов. Варварская добыча древностей превратилась в хорошо организованный прибыльный промысел, в который вовлечены сотни людей. Объектами несанкционированных раскопок стали скифские курганы Юга России и городища железного века в Верхневолжье, финские могильники Прикамья и античные склепы Причерноморья. Нелегалы издают свой журнал «Древности и старина» и создали в Интернете десятки «кладоискательских» сайтов, расширяющих возможности для кооперации и сбыта награбленного. Из единичных фактов складывается картина массового уничтожения памятников древности.

Археологи, музейные работники, сотрудники государственных органов охраны памятников уже несколько лет пытаются донести до общественного сознания реальные масштабы вторжения грабителей в археологическую кладовую. Одними из первых о стремительном росте несанкционированных раскопок заговорили специалисты Института археологии РАН. В 2002 г. журнал «Российская археология» организовал круглый стол для обсуждения этой проблемы, отчасти предвосхитив более широкое её рассмотрение в рамках международной конференции по проблемам нелегальной археологии, состоявшейся в мае 2003 г. в Берлине. Однако голос профессионалов, заглушаемый мощной рекламой кладоискательства как нового вида спорта, остается почти не слышным.

Нелегальные раскопки отслеживаются, во-первых, по состоянию самих археологических памятников, т. е. по грабительским отвалам и котлованам на древних поселениях и могильниках, во-вторых, по количеству и составу археологических древностей, представленных на антикварном рынке, в-третьих, по многочисленным кладоискательским сайтам в Интернете. Разумеется, в нашем распоряжении нет полных данных о нелегальных раскопках, однако три указанных канала дают достаточно информации для того, чтобы представить характер и масштабы этого явления и отчасти — его организацию.

В настоящее время мы располагаем данными о производстве нелегальных раскопок на территории 36 субъектов Российской Федерации от Калининградской области на западе до Приморского края на востоке. Судя по количеству поврежденных памятников, наибольший размах археологическое браконьерство получило в центре и на юге Европейской России. Карта 1 даёт представление о географии распространения этого явления. Затронутые грабительством области и республики условно разделены на территории, где эти действия носят более массовый и более локальный характер. К сожалению, с большой долей вероятности можно полагать, что обилие «белых пятен» на этой карте — следствие неполноты нашей информации о грабежах, а не благополучной ситуации в регионах.

 

Институт археологии РАН

Карта 1

В центре и на севере России местами систематического грабежа стали, главным образом, средневековые города и курганные могильники, в том числе наиболее известные древнерусские памятники, названия которых знакомы каждому, кто хоть немного интересуется историей, — Старая Рязань, Старая Ладога, Гнёздово, Белоозеро. На городище Старая Рязань — древней столице Рязанского княжества — идёет охота за кладами украшений и отдельными средневековыми вещами, оставшимися на пепелище сожжённого города после взятия его Батыем в 1237 г. В руках грабителей оказалось по меньшей мере два клада, при извлечении которых разрушен культурный слой на значительном участке городища. В Старой Ладоге нелегалы приурочили свой налёт к празднованию 1250-летия города — осенью 2002 г. они очистили от металлических вещей часть культурного слоя в раскопе экспедиции Института истории материальной культуры РАН. На Белоозере — далёком форпосте древнерусской колонизации Северо-востока — «старатели» ежегодно перерывают культурный слой, сохранивший среди прочих вещей свинцовые печати XI — XIII вв., некогда скреплявшие официальные документы княжеской и церковной администрации. Вместе с утратой этих материальных свидетельств археология навсегда теряет возможность восстановить политическую историю северной периферии Древней Руси, историю соперничества Новгорода и ростово-суздальских князей в «полунощных странах».

Катастрофическая ситуация сложилась на знаменитом Гнёздовском археологическом комплексе под Смоленском — памятнике, имеющем основополагающее значение для изучения истории древнерусской дружины, славяно-скандинавских отношений и функционирования пути «из варяг в греки». Гнёздовский комплекс включал в себя остатки торгово-ремесленных поселений с культурным слоем конца IX — X вв. и несколько курганных групп, в которых некогда насчитывалось около 4500 курганов. Когда-то это был самый крупный курганный могильник Восточной Европы. Находки из Гнёздова, украшающие экспозицию Государственного исторического музея, в известном смысле стали основой для воссоздания культуры древнерусской военной и торговой элиты эпохи Игоря, Святослава и Владимира. Но сегодня большая часть вещей из памятника уходит не в музеи, а в частные коллекции и на прилавки антикваров. Интерес нелегалов к Гнёздову объясняется тем, что часто встречаемые здесь скандинавские украшения и оружие пользуются большим спросом на рынке древностей. Грабители ведут в Гнёздове раскопки курганов «на снос» и проводят тотальную зачистку поселения, извлекая из культурного слоя все металлические предметы. По оценкам исследователей, количество средневековых вещей из Гнёздова, выброшенных на рынок за последние годы, сопоставимо с музейной коллекцией, собранной за 130 лет научных раскопок.

В Подмосковье происходит тотальное уничтожение древнерусских курганных могильников XI — начала XIII в. — так называемых «вятичских курганов», документирующих славянскую колонизацию Москворецкого бассейна, которая заложила основу для последующего подъёма этого региона. В Суздальском Ополье, на территории Владимирской и Ивановской областей, нелегалы с металлодетекторами прочёсывают десятки средневековых поселений, составлявших древнейшее историческое ядро Северо-Восточной Руси. По имеющимся данным, объектами браконьерства стали не менее 20% известных здесь средневековых селищ, главным образом наиболее яркие и богатые памятники, потеря которых навсегда лишает нас возможности понять причины и механизмы неожиданного возвышения Ростово-Суздальской Руси, превращения её во второй половине XII в. в одно из наиболее мощных политических обpазований.

Объектом массового разграбления являются средневековые финно-угорские могильники на территории Рязанского Поочья и в Мордовии, привлекающие богатством металлических украшений женского костюма, своеобразием и художественной выразительностью сопровождающей погребения металлопластики. Для снятия верхнего слоя на могильниках нередко используется землеройная техника. На Кельгининском могильнике в Мордовии нелегальные раскопки проведены на площади около 5000 кв. м. Финские украшения составляют одну из наиболее многочисленных групп вещей, выставленных для продажи на Измайловском рынке в Москве. Значительная активность грабителей отмечена в Пермской области, на могильниках и святилищах I тыс. н. э. — памятниках гляденовской и ломоватовской культур, известных своим уникальным культовым литьем.

Ещё более широкий размах грабительство получило на Юге России, в особенности в Краснодарском крае, сохранившем памятники античной и скифской культур. Ажиотаж подогревают как общеизвестный интерес коллекционеров к античным древностям, так и возможное присутствие здесь золотых вещей, редких в среднерусских областях. В числе грабительских трофеев называют двух золотых оленей, подобных оленям из Костромских курганов — замечательным памятникам прикладного искусства, ныне хранящимся в Государственном Эрмитаже. Для добычи древних вещей в степной зоне Краснодарского края нелегалы сносят многометровые курганные насыпи, в предгорьях Кавказа — разбирают каменные перекрытия древних могил. Вдоль побережий Чёрного и Азовского морей методически ведётся разрушение культурного слоя поселений эпохи раннего железа и античных городов, в том числе Патрея и Фанагории, закладываются грабительские раскопы на некрополе Фанагории. К настоящему времени из верхних слоёв этих памятников извлечены практически все металлические изделия — монеты, бронзовые статуэтки, украшения. Для облегчения сбора монет грабители специально заказывают глубокую распашку поверхности античных поселений, после чего «прочесывают» её с металлодетекторами. В последние годы в руки дельцов от антиквариата попали такие важные находки, как клады монет из города Кизика — так называемых «кизикинов», служивших международной валютой, и мраморная голова статуи. Так исчезают последние следы античной цивилизации, оставшиеся в пределах нашей страны.

Для полноты географической картины распространения грабительства стоит упомянуть многочисленные факты нелегальных раскопок на памятниках Приморского края, главным образом на средневековых городищах чжурчжэньского времени (ХII — ХIII вв.), изобилующих находками высокохудожественного бронзового литья — зеркал, украшений, монет и печатей.

Всякому любознательному человеку свойственно интересоваться тем, что находится в древнем кургане, сохранившемся поблизости от его дома или дачного участка. Но раскопать курган можно только однажды, и проделать это может только один любознательный, навсегда лишив остальных возможности прикоснуться к истории. Поэтому развитие археологии и музейного дела неизбежно связано с научной и правовой регламентацией раскопок, с выработкой тех норм, которые обеспечивают возможность удовлетворить общий интерес к древности, сделать знания о прошлом доступными для всех. Это возможно лишь тогда, когда вещи из раскопок поступают в музейные хранилища, а документация раскопок — описания и графическая фиксация сохранившихся в земле сооружений, захоронений, культурных напластований — в специальный научный архив.

Становление научной археологии в России, как и в других европейских странах, было связано с формированием запретов на самовольные раскопки древних памятников, на производство раскопок лицами, не имеющими специальной подготовки. С середины XIX в. выдача открытых листов — разрешений на раскопки — производилась в России Императорской археологической комиссией. Сложившаяся в дореволюционной России жёсткая централизованная система контроля над организацией раскопок сохранилась в советское время и во многом обеспечила успехи археологии как науки. Собранные археологами материалы стали основой для написания десятков книг, раскрывающих историю древних и средневековых культур Евразии. Разумеется, несанкционированные раскопки производились и в советское время. Но масштабы деятельности нелегалов были скромными, а сами они оставались одиночками, не связанными в единую сеть.

Широкое вторжение грабителей на археологические памятники, начавшееся в 1990-е гг. и принявшее характер настоящего бума в последние годы прошлого века, обусловлено несколькими факторами. Один из них — становление в России антикварного рынка как части новой рыночной экономики. Предметы древности неожиданно стали «товаром», одним из «естественных ресурсов», добыча которого не требует больших затрат, а умелый сбыт приносит высокую прибыль. Второе обстоятельство — распространение совершенных металлодетекторов, появившихся в Западной Европе и США ещё в конце 1980-х гг. и принятых на вооружение российскими нелегалами в середине 1990-х. Первые организаторы нелегальных раскопок были тесно связаны с поисковыми клубами, использовавшими металлодетекторы для сбора трофеев Второй мировой войны. Появление металлодетекторов вывело на новый уровень возможности извлечения древних вещей из культурного слоя и погребений, сделало «труд» бугровщиков гораздо более эффективным и разрушительным. Третье обстоятельство — демонстративное отстранение государства от охраны культурного наследия в начале 1990-х гг., фактическое предоставление карт-бланш на приватизацию любых бесхозных объектов, в том числе памятников археологии. Ослабление государственной системы охраны памятников давало нелегалам полную уверенность в своей безнаказанности. Сама идея «поиска кладов» как занятия, соответствующего духу периода первоначального накопления капитала, была с энтузиазмом воспринята частью массмедиа. Наконец, как это ни парадоксально, одним из источников, подпитывающих деятельность нелегалов, стал рост интереса к прошлому, неудовлетворённость новых социальных групп теми формами приобщения к истории (через книги, музейные экспозиции и т. п.), которые ранее сложились в обществе.

К настоящему времени в России сформировалась сеть связанных между собой организаций (обществ, фирм, клубов), которые специализируются на проведении несанкционированных раскопок, их техническом и «мозговом» обеспечении, на торговле древностями и орудиями, с помощью которых ведётся грабительский промысел. На смену металлодетекторам постепенно приходят георадары — более совершенные приборы, позволяющие производить сканирование на значительную глубину и полностью зачищать местность от каких-либо древних остатков. Весной проводятся всероссийские съезды кладоискателей, в которых участвуют и соратники из Украины и стран Балтии. Широкие возможности для самоорганизации нелегалов даёт Интернет. На кладоискательских сайтах вы найдёте разделы, предлагающие большой выбор современных металлоискателей и инструкции по их применению. Почти на каждом таком сайте имеется «лавка древностей» — выставка вещей, предлагаемых для продажи. Коллекции разнообразны по составу: здесь и древнерусские кресты-энколпионы, и золотые бляшки в скифском зверином стиле, и печати русских князей XI — XII вв., и культовое литье из Прикамья с изображениями языческих божеств. Здесь же — рассказы о набегах на археологические памятники и полезная информация о том, где добыть карты и археологические издания, необходимые для продуктивного «поиска», как избежать наказания за несанкционированные раскопки, как атрибутировать найденные предметы.

Стремясь к легализации, грабительство на археологических памятниках пытается утвердить себя как некое респектабельное занятие, как альтернатива «бедной» государственной, академической или музейной археологии, медлительной и неповоротливой из-за отсутствия средств и современного поискового снаряжения. Активисты «движения кладоискательства» формируют собственную идеологию, обосновывающую его право на существование, и им нельзя отказать в изобретательности. Одна из исходных посылок в этих построениях — избыточность национального музейного фонда. Музеи, якобы, собрали в своих запасниках тысячи ненужных древних вещей, которые либо уже изучены, либо не изучаются, при этом они не в состоянии обеспечить их хранение. Решить проблему можно, выставив «дубликаты» на продажу, а в государственных хранилищах оставив лишь необходимый минимум действительно «ценных» вещей. Если этого не сделать, музейные коллекции малых городов России будут, якобы, распроданы самими музейными хранителями. Этот план приватизации музейного фонда, призванный избавить бюджет от обременительных расходов на образование и культуру, вызывает в памяти известные события конца 1920-х — 1930-х гг., когда советская Россия, «избавляясь от дубликатов», распродавала часть коллекций Эрмитажа и Московского Кремля. Хорошо известно, что далеко не все российские музеи сегодня в состоянии надлежащим образом обеспечить хранение археологических коллекций. Но ни одна цивилизованная страна не пытается решить проблему сохранения музейных фондов путём их распродажи.

Созданию благородного романтического ореола вокруг нелегалов способствует избранное ими самоназвание «кладоискатели», широко распространившееся в прессе, на телевидении и в Интернете. Это слово, как, впрочем, и термины «поисковая деятельность» и «чёрная археология», скрывают истинную сущность деятельности нелегалов, создавая иллюзию, что самовольные раскопщики собирают бесхозные сокровища, обречённые официальной наукой на забвение. В действительности добычу тех, кто называет себя «кладоискателями», в массе своей составляют не клады, а древние вещи, выкапываемые из могил и культурного слоя поселений — археологических памятников, состоящих на государственной охране.

Индустрия нелегальных раскопок развивается у нас в стране как часть мировой сети криминального антикварного бизнеса. Продажа древностей традиционно являлась источником средств существования для части населения во многих странах, преимущественно на Ближнем Востоке и в Латинской Америке. Сегодня нелегальные раскопки получили широкий размах на Украине. Принято считать, что вывоз древностей — удел бедных стран с низким образовательным уровнем населения. С распространением и совершенствованием металлодетекторов объектом грабительских раскопок всё чаще становятся археологические памятники Западной Европы. Свидетельством международной озабоченности проблемой расхищения археологического наследия помимо уже упоминавшейся Берлинской конференции стало включение мониторинга «чёрной археологии» в качестве особого направления в Программу сотрудничества в области сохранения культурного наследия Балтийских стран на 2004 г. Государственные структуры, в ведении которых находится охрана культурного наследия на Западе, оперативно реагируют на новую опасность. Однако масштабы грабительской активности на древних памятниках Западной Европы неизмеримо скромнее, чем в России. Пока основной поток археологической контрабанды направлен с востока на запад — из стран СНГ в Западную Европу и США, а Россия в глазах международного музейного сообщества постепенно приобретает репутацию крупного поставщика археологической контрабанды.

Потери, которые терпит в результате браконьерских раскопок культурное наследие, обычно воспринимаются лишь как «физическая» утрата тех или иных древних вещей, не попавших в российские музеи. При обсуждении темы нелегальных раскопок часто возникает вопрос о ценах, по которым уходит на антикварных аукционах грабительская добыча. Многие археологические находки, поступающие на рынок, действительно имеют значительную материальную ценность. По заказу Территориального управления Министерства культуры РФ по сохранению культурных ценностей в г. Воронеже разработан каталог-пособие для определения стоимости оценки ряда археологических предметов, необходимый, по мнению составителей, для более эффективного противодействия незаконному вывозу археологических ценностей. Но оценить размеры ущерба от грабительских раскопок в рублях или долларах невозможно, поскольку для науки главная сущность потери — это утрата знаний о прошлом, утрата информации, которую невозможно восстановить. Ведь для археологов источниками информации о древних обществах и культурах служат не столько сами вещи, сколько общий контекст археологического памятника, связь древних предметов с определёнными постройками и сооружениями, сочетания различных вещей в древних могилах и культурных напластованиях. По находкам монет археологи датируют культурные отложения и постройки в раскопах, по находкам украшений определяют племенную принадлежность обитателей городищ и селищ, по находкам привозных вещей — направления торговых путей. Две римские монеты, найденные на Дунае и на Верхней Волге, для антиквара имеют одинаковую стоимость, но для археолога одна из них — обычное свидетельство денежного обращения в римских провинциях, а вторая — уникальное отражение дальних торговых контактов. После обработки материалов раскопок и издания исследования эта информация открыта для любого человека, интересующегося прошлым. Грабительские раскопки разрушают саму возможность получения нового исторического знания. После них остаются груда беспаспортных древних вещей, место и обстоятельства находки которых неизвестны, и «очищенные» от находок поселения и могильники, исследование которых уже не раскроет картины прошлого во всей её полноте.

Таким образом, противодействие расхищению археологических ценностей России в настоящее время обозначилось как одна из наиболее актуальных задач в сфере сохранения историко-культурного наследия нашей страны. Чтобы определить конкретные меры, которые могли бы нормализовать ситуацию, необходимо, прежде всего, понять, почему малоэффективны существующие правовые нормы, регулирующие отношения в этой области.

 

Статья 243 Уголовного кодекса РФ предусматривает наказание штрафом или лишением свободы до двух лет за уничтожение или повреждение памятников истории и культуры, в том числе археологических объектов. Казалось бы, этого вполне достаточно, чтобы остановить кладоискателей. Однако на практике эта статья почти не используется для возбуждения дел по фактам незаконных раскопок.

Разрушение археологических объектов — т. е. раскопки древних поселений и могильников — не воспринимается правоохранительными органами как действительно серьёзное преступление, а рассматривается скорее как оригинальное увлечение, не влекущее за собой преследования. Фактическое признание массовым сознанием допустимости приватизации «ничейных» древностей оказывается более весомым, чем действующие юридические нормы, фактором, определяющим реакцию правоохранительных структур на деятельность нелегальных раскопщиков. С другой стороны, реальное применение существующего законодательства для преследования за браконьерские раскопки затруднено целым рядом обстоятельств. Во-первых, отсутствие учётной документации на археологические объекты (на учёте состоит меньшая часть памятников) и неясности с определением их границ лишают специалистов возможности доказать факт разрушения памятника истории и культуры самовольными раскопками — при всей его очевидности. Во-вторых, несмотря на обилие древних вещей, циркулирующих на антикварном рынке, факт происхождения их из браконьерских раскопок, как правило, не может быть доказан, если участники этих раскопок не схвачены за руку непосредственно в котловане.

Учитывая широкие масштабы грабительских раскопок на археологических объектах, высокую доходность торговли древностями и длительное бездействие государственных органов охраны памятников, не реагировавших на грабежи, нормализовать положение возможно лишь путём энергичных, последовательных и согласованных действий ряда ведомств и учреждений.

Прежде всего, необходимо использовать нормы действующего законодательства для пресечения грабительских раскопок, ориентировать правоохранительные органы на привлечение к ответственности грабителей. Правительство должно однозначно указать Прокуратуре и МВД на их ответственность за принятие мер по пресечению разграбления археологического наследия.

Представляется необходимым внести дополнения в существующее законодательство РФ, с тем, чтобы более точно определить полномочия по предотвращению расхищения археологического наследия и ответственность за правонарушения в этой области. По поручению Президента Российской Федерации, РАН подготовила проект федерального закона о внесении соответствующих изменений и дополнений в Кодекс РФ об административных правонарушениях. Проект предусматривает, в частности, усиление наказания за нелегальные раскопки, конфискацию приборов, используемых для поиска древних вещей на археологических объектах, расширение круга должностных лиц, полномочных возбуждать иск по факту разрушения археологических памятников. Принятие подобного закона создало бы более чёткие механизмы для административного преследования расхитителей археологических ценностей.

Один из существенных моментов в предложениях РАН — привлечение к ответственности не только за разрушение недвижимых археологических памятников, но и за извлечение из земли движимых объектов археологического наследия с нарушением культурных наслоений и археологических комплексов. Включение подобной статьи в КОАП РФ значительно расширило бы возможности преследования грабителей, сделав возможным привлечение их к ответственности за грабежи на памятниках, ещё не включенных в единый государственный реестр, не имеющих учётной документации. Поскольку движимые археологические объекты являются государственной собственностью, привлечение к ответственности за нелегальные раскопки может производиться на основании статьи 164 УК РФ, определяющей ответственность за хищение предметов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, при наличии соответствующих разъяснений Верховного суда.

Для более эффективной борьбы с грабительскими раскопками представляется совершенно необходимым принятие нормативного акта, регулирующего продажу и использование металлодетекторов.

Исключительное значение приобретает вопрос о правовом регулировании оборота движимых культурных ценностей на территории РФ. Берлинская конференция по проблемам нелегальной археологии предложила ввести жёсткое правило, запрещающее продажу древностей без официальной документации, подтверждающей их «легальное происхождение». Музеям предлагается отказаться от покупки вещей без соответствующих сертификатов. Вероятно, эта мера может быть действенной и в России. Невозможность введения археологических находок в легальный оборот в конечном итоге должна лишить незаконные раскопки экономического смысла.

Любое совершенствование правовых норм, определяющих отношения, связанные с археологическими объектами, не принесёт результатов, если средства массовой информации не прекратят пропаганду «народной археологии» с применением металлодетектора. Такая реклама ориентирует на разрушение археологических объектов, на прямое нарушение действующих законов об объектах культурного наследия.

Наконец, необходимо возобновить археологическое обследование территории России, постановку недвижимых археологических объектов на государственный учёт. Сегодня официально учтённые недвижимые археологические объекты на территории России сопоставимы по количеству с наследием таких стран, как Чехия и Финляндия, и с объектами, включёнными в реестр в каждом из графств Великобритании. Белые пятна на археологических картах и пробелы в учётной документации создают благоприятные условия для экспансии грабителей, которые быстро осваивают профессиональные приёмы поиска археологических объектов и опережают археологов в их выявлении. Поэтому финансирование мероприятий по археологическому обследованию территории и паспортизации археологических объектов непременно должно быть включено в бюджет 2005 г.

К сожалению, грабительские раскопки сегодня воспринимаются многими как безобидное хобби. Если их реальная разрушительная сила не будет осознана обществом и не получит столь же мощного противодействия, в ближайшие 10 лет Европейская Россия лишится основной части своего археологического достояния.

 

 Приложение

АРХЕОЛОГИЧЕСКИЕ ПАМЯТНИКИ РОССИИ — ОБЪЕКТЫ СИСТЕМАТИЧЕСКИХ ГРАБИТЕЛЬСКИХ РАСКОПОК

Список составлен по материалам обращений специалистов-археологов и государственных органов по охране памятников в Институт археологии РАН. Составители А.В.Энговатова и О.В.Зеленцова.

 

 1. МОГИЛЬНИК МОХОВОЕ (КАУП)
(Зеленоградский р-н Калининградской обл.)

Дружинный курганный могильник, традиционно соотносимый с викингами, находится на северном побережье Самбийского п-ова. На памятнике, известном с середины XIX в., изначально насчитывалось более 200 насыпей. Отдельные насыпи раскапывали И.Хейдек, А.Бецценбергер, В.Герте, Б.Нерманн, В.Кулаков. Погребения, датирующиеся IX — XI вв., сопровождаются богатым погребальным инвентарем. В погребальном обряде присутствуют северные элементы.

За последние годы разграблено несколько десятков курганов. 2. МОГИЛЬНИК КОВРОВО (ДОЛЛЬКАЙМ)
(Зеленоградский р-н Калининградской обл.)

Грунтовый могильник находится на северном побережье Самбийского п-ова. Часть территории занята современным кладбищем. Могильник известен с середины XIX в. Наиболее масштабные раскопки проводились в 1879 г. О.Тишлером, в 1990-х гг. — В.Кулаковым. Практически непрерывное функционирование этого могильника продолжалось с рубежа I тыс. до н. э. — 1 тыс. н. э. по XII в. Погребальный обряд и инвентарь отражают изменения в социальном и этническом составе местного социума на протяжении двенадцати столетий.

В настоящее время могильник активно уничтожается грабительскими раскопками. 3. ГРУППА СОПОК У ДЕРЕВНИ ОПОЛЕЦ
(Маревский р-н Новгородской обл.)

Группа сопок, насчитывающая более 20 насыпей, была обследована в ноябре 2003 г. восьмым отрядом Северо-Западной археологической экспедиции НИИ КСИ СПбГУ, выявившим многочисленные разрушения насыпей.

Все нарушенные сопки (более 10) имеют следы умышленного разрушения с целью ограбления. Естественных нарушений насыпей нет. Судя по нехарактерному размещению грабительских ям, их небольшим размерам и малой глубине, можно заключить, что применялся металлоискатель. В отдельных случаях грабители использовали экскаватор, о чём свидетельствуют чёткие следы зубьев ковша и тракторная колея на краю ямы, которая полностью уничтожила одну из сопок. 4. НОВГОРОДСКОЕ (РЮРИКОВО) ГОРОДИЩЕ
(Новгородский р-н Новгородской обл.)

Памятник находится к югу от центра современного Новгорода, при истоке р. Волхов из оз. Ильмень. Поселение занимало мысовую часть возвышенности, расположенную на низменном острове среди заливаемой поймы. Его общая площадь достигала 6 — 7 га. Рюриково городище представляет собой остатки древнейшего торгово-ремесленного и военно-административного центра Приильменья, возникшего в первой половине IX в., и рассматривается в современной историографии как предшественник Новгорода. Влажный культурный слой Рюрикова городища, отложившийся в IX — Х вв., прекрасно сохраняет органические остатки, что ставит материалы раскопок памятника в один ряд с материалами Старой Ладоги и Новгорода. Раскопки памятника ведёт экспедиция ИИМК РАН под руководством Е.Н.Носова.

По числу находок вещей скандинавского круга древностей в культурных слоях Рюриково городище, наряду с Гнёздовом на Днепре, является самым богатым на территории Восточной Европы и непосредственно следует за такими центрами самой Скандинавии, как Бирка и Хедебю. В контексте славянской культуры следует рассматривать найденные на поселении наружные хлебные печи, лепную и раннегончарную керамику, втульчатые двушипные наконечники стрел, технику домостроительства. С XI в. на городище находилась резиденция князей, занимавших новгородский стол. Особую значимость памятнику придают многочисленные находки вислых печатей ХI — ХУ вв., скреплявших документы из княжеского архива. Основную часть общего корпуса древнерусских актовых печатей составляют находки с Рюрикова городища.

Городище является объектом систематических грабительских раскопок, основная цель которых — сбор актовых печатей и украшений скандинавского происхождения. Поиски средневековых вещей ведутся с использованием металлодетектора. Некоторые вещи, найденные на городище, приобретаются Новгородским музеем-заповедником, судьба значительной части неизвестна. 5. ГНЁЗДОВСКИЙ АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС
(Смоленская обл.)

Комплекс памятников, расположенный на обоих берегах Днепра западнее Смоленска, состоит из 8 курганных групп, 2 городищ и открытого поселения. Это один из крупнейших памятников не только в России, но и в Европе. По подсчётам А.Н.Лявданского, обследовавшего комплекс в 1923 — 1924 гг., в Гнёздове насчитывалось не менее 4500 курганов, датирующихся концом IX — началом XI в.

В результате многолетнего изучения Гнёздовского археологического комплекса было раскопано более 6000 кв. м площади на поселении и исследовано около 1000 курганов, собрана богатейшая коллекция разнообразных находок, хранящихся в фондах ГИМ, Эрмитажа, Смоленского музея. Материалы раскопок легли в основу исследований, посвящённых проблемам становления русского государства, развития ремесла, международным торговым связям и мн. др.

На территории Гнёздовского археологического комплекса систематически происходят несанкционированные раскопки курганов и поселения. Количество средневековых вещей — украшений, предметов вооружения и воинского снаряжения, монет, извлечённых грабителями из культурного слоя, в последние годы значительно превосходит размеры коллекций, собранных в ходе научных раскопок. Только в 2001 г. грабителями получено 5 кладов средневековых монет и украшении. Масштабы грабительских раскопок ставят под угрозу существование выдающегося археологического памятника. 6. КУРГАННЫЙ МОГИЛЬНИК ИЗБРИЖЬЕ
(Калининский р-н Тверской обл.)

Памятник насчитывал около 140 курганов высотой от 0,4 до 3 м и диаметром от 4 до 18 м. Ныне сохранилось около 30 насыпей.

Могильник раскапывался около ста лет — с конца XIX по конец XX в. (В.Я.Щербаков, В.Я.Чагин, В.И.Сизов, Ф.X.Арсланова, И.А.Дашкова, Е.В.Скукина и др.). Исследовано более 100 курганов, содержащих одиночные и коллективные погребения. Памятник определён как погребальный комплекс сложного этнического объединения кривичей, с финноугорским элементом, функционировавший в Х — ХII вв. Погребальный инвентарь представлен височными кольцами разных вариантов, бусами, перстнями, браслетами, поясными наборами, нагрудными украшениями, в том числе гривнами «радимичского» типа. В захоронениях найдены оружие, орудия труда, бытовые предметы, глиняная посуда. Имеются монетные находки — западноевропейские денарии из Германии и Англии конца X — XI в., саманидские (X в.) и аббасидские (XI в.) дирхемы.

Более 10 лет на памятнике ведутся грабительские раскопки. В сентябре 2003 г. сотрудниками Музея археологии Тверского Государственного университета были зафиксированы следы новых грабительских ям в северо-восточной части могильника — на курганах 9, 14, 35, 99. 7. ВЫРКИНСКИЙ АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС
(Кимрский р-н Тверской обл.)

Археологический комплекс включает городище, 3 селища и 12 курганных могильников, насчитывающих в общей сложности 349 курганов. Все памятники оставлены славянским племенем кривичей и представляют этапы освоения этой территории во второй половине XI — середине XIII в.

Курганные группы известны с конца XIX в. Расположенные рядом селища и курганные могильники исследовались в 1980-е гг. П.Д.Малыгиным и К.И.Комаровым. Курганы содержали одиночные и коллективные захоронения в ямах с западной ориентировкой. В женских погребениях найдены бронзовые перстнеобразные проволочные височные кольца, сердоликовые бусы, медные цепочки, костяной гребень, в мужских зафиксированы детали поясных наборов, ножи, кресала, точильные камни.

Материалы, полученные в результате исследований Выркинского археологического комплекса, позволяют уточнить этнокультурную историю Верхневолжья, складывание средневековых поселенческих структур в Верхневолжье и другие вопросы.

С начала 1990-х гг. на курганных могильниках регулярно проводятся несанкционированные раскопки, в результате чего грабительскими ямами нарушены все оставшиеся курганы. 8. МОГИЛЬНИК СТАРОЕ КИТОВО
(Торжокский р-н Тверской обл.)

Сопочно-курганный могильник, включающий 52 сопки, и примыкающее к ним селище датируются концом I — началом II тыс. н. э. Комплекс представляет значительный интерес как один из локальных центров средневекового расселения на юге Новгородской земли, документирующий существование здесь традиции возведения монументальных погребальных насыпей-сопок. Культурный слой поселения насыщен разнообразным вещевым материалом эпохи средневековья. Насыпи сопок, выделявшиеся своими размерами, до недавнего времени имели хорошую сохранность.

В 2003 г. комплекс был значительно поврежден грабителями. Сопки прорезаны глубокими ямами-колодцами, часть погребений разрушена. Культурный слой поселения сканирован металлодетек-тором, поверхность селища изрыта многочисленными ямами. Часть археологического металла извлечена и вывезена, находки, менее интересные с точки зрения грабителей, выброшены на край поселения. 9. ГОРОД БЕЛООЗЕРО
(Вологодская обл.)

Древнерусский город, один из древнейших городских центров на Севере, форпост колонизации северных окраин Древней Руси, крупный центр ремесла и торговли. Археологические материалы, собранные при раскопках на Белоозере, составляют важнейший массив источников для изучения средневековой истории и культуры Севера Европейской России.

Грабительские раскопки с использованием ручных промывочных драг ведутся на памятнике с начала 1990-х гг. С конца 1990-х грабители ведут поиски с использованием металлодетекторов. На всей береговой линии р. Шексны зафиксированы отвалы переработанного грабителями культурного слоя. Ими собрана большая коллекция бытовых вещей, украшений и подвесных актовых печатей ХI — ХIII вв. Часть сфрагистических материалов приобретена Новгородским и Кирилло-Белозерским музеями-заповедниками, другая часть утрачена. 10. ТИМЕРЁВСКИЙ МОГИЛЬНИК
(Ярославский р-н Ярославской обл.)

Археологический комплекс включает в себя остатки курганного могильника и неукрепленное поселение. По данным топосъёмки, к 1959 г. в могильнике насчитывалось 432 насыпи, в настоящее время большинство курганов раскопано. Тимерёво - один из наиболее известных археологических памятников Северо-Восточной Руси IХ — ХI вв. Тимерёвское поселение рассматривается как торгово-ремесленный и военно-административный центр на Волжском торговом пути, заметную часть обитателей которого составляли скандинавы. В разное время Тимерёвские курганы раскапывались А.И.Кельсиевым, И.А.Тихомировым, И.С.Абрамовым, Я.В.Станкевич; основная часть могильника исследована экспедицией ГИМ под руководством М.В.Фехнер. Широкие раскопки Тимерёвского поселения производились экспедицией ЛГУ под руководством И.В.Дубова. Значение Тимерёвского комплекса определяется, среди прочего, находками здесь нескольких кладов арабских монет IX в., присутствием в могильнике дружинных погребений с оружием, многочисленными находками скандинавских украшений и бытовых вещей.

Грабительские раскопки с использованием металлодетекторов производятся преимущественно на поселении. Грабители ведут поиски украшений, монет и бытовых вещей, прежде всего, предметов скандинавского происхождения. Добытые вещи поступают на антикварные рынки Москвы и Санкт-Петербурга, часть вещей предположительно переправляется на Запад. 11. МОГИЛЬНИК БОГДАНИХА 1 (КУПРИЯНИХА)
(Домодедовский р-н Московской обл.)

Курганный могильник насчитывает 6 насыпей диаметром до 10м;; высотой 0,7 — 1,2 м. По внешним признакам курганы отнесены к числу древнерусских (ХI — ХII вв.).

До 1990 г. из шести насыпей лишь одна была повреждена большой ямой. В ноябре 2003 г. сотрудниками Подмосковной археологической экспедиции ИЛ РАН был проведён мониторинг памятника, показавший, что все остальные курганы также разрушены грабительскими раскопками. 12. МОГИЛЬНИК ЖУКОВО 1
(Домодедовский р-н Московской обл.)

В 1970-х гг. могильник, состоявший из 19 насыпей, был исследован Р.Л.Розенфельдтом, который раскопал 11 курганов, датировав их концом XII — первой половиной XIII в.

По данным 1970-х гг., на памятнике сохранилось 8 курганов высотой около 2 м. В ноябре 2003 г. сотрудники Подмосковной экспедиции ИА РАН, проведя обследование курганной группы Жуково 1, выявили, что все насыпи нарушены грабительскими ямами. 6 курганов имеют свежие следы грабительских раскопок. По отсутствию травяного покрова на стенках и дне грабительских ям можно предполагать, что разрытия были сделаны осенью 2003 г. 13. ОДИНЦОВСКИЕ КУРГАННЫЕ МОГИЛЬНИКИ 1 — 11
(Одинцовский р-н Московской обл.)

Памятник включает в себя 11 курганных групп, оставленных славянским племенем вятичей. Значительная часть курганов исследовалась А.Г.Векслером.

Современное обследование памятника показало, что все оставшиеся насыпи потревожены грабительскими ямами-колодцами. Вещи, аналогичные найденным при раскопках одинцовских курганов, можно встретить в Москве на рынке «Вернисаж» в Измайлово. 14. ГОРОДИЩЕ РОСТИСЛАВЛЬ
(Озёрский р-н Московской обл.)

Многослойный памятник, включающий остатки поселения финального палеолита, городища раннего железного века, а также средневековые городские напластования ХII — ХVII вв. В результате археологических раскопок (Н.П.Милонов, В.Ю.Коваль) исследовано более 1500 кв. м. Выявлены многочисленные постройки, в том числе производственные сооружения (гончарный горн, ювелирная мастерская) и остатки христианского храма XII в. На городище собрана обширная коллекция, включающая предметы домашнего обихода, керамику, костяные поделки, оружие, детали одежды, ювелирные изделия из цветных металлов, украшения из стекла, монеты и т. д.

С начала 1990-х гг. памятник регулярно посещается группами кладоискателей, оснащённых металлодетекторами, которые выбирают металлические находки по всей площади городища, активно разрушая культурный слой. В различные годы на городище фиксировались следы площадных разрытии. 15. КУРГАННЫЙ МОГИЛЬНИК СЕМИВРАГИ 1
(Домодедовский р-н Московской обл.)

Курганный могильник Х — ХIII вв. насчитывает 34 насыпи высотой 0,5 — 2 м и диаметром 4 — 15 м. Два кургана были раскопаны Р.Л.Розенфельдтом.

Из 32 насыпей на сегодняшний день сохранилось лишь 12, остальные пробиты по центру ямами-колодцами. По данным археологического обследования, основная часть памятника пострадала за последние 7 — 8 лет. 16. ГОРОДИЩЕ БАРВИХА
(Одинцовский р-н Московской обл.)

Городище раннего железного века (середина I тыс до н. э. — третья четверть I тыс. н. э.) исследовалось Л.А.Евтюховой, Г.П.Латышевой в 1930 — 1960-е гг. Мощность культурного слоя составляет 0,5 — 0,7 м. На городище найдены костяные наконечники стрел, биконические пряслица, ножи, шилья и другие предметы. Собранные коллекции переданы на хранение в ГИМ.

С начала 1990-х гг. городище подвергается активным нашествиям грабителей. На всей площадке городища имеются характерные ямы, оставленные при сборе находок с использованием металлодетектора. 17. ГОРОДИЩЕ БУШАРИНО
(Одинцовский р-н Московской обл.)

Городище раннего железного века (третья четверть I тыс. н. э.) исследовалось В.М.Колобовым и Ю.А.Красновым в 1920-е и 1960-е гг. Мощность культурного слоя составляет 0,6 — 1 м. На городище найдена гладкостенная керамика, точильный камень, бронзовая римская монета императора Константина II, чеканенная в Кизике.

Современное исследование памятника выявило следы несанкционированных раскопок в виде многочисленных разрытии (траншеи, ямы) на поверхности. 18. ПОДМОКЛОВО ГОРОДИЩЕ
(Серпуховской р-н Московской обл.)

Городище раннего железного века (третья четверть I тыс. н. э. Х — ХIII вв.) расположено на площадке размерами 62 х 50 м, защищённой с южной (напольной) стороны валом высотой 4 — 5 м. Памятник исследован А.В.Успенской в 1956 — 1958 гг. Мощность культурного слоя составляет 0,3 — 1 м. При раскопках памятника зафиксированы остатки углублённых в землю построек, собрана коллекция гладкостенной керамики, различные типы костяных наконечников стрел, железных ножей, обломки серпов и др. Ранний горизонт относится к дьяковской культуре, верхние слои датируются древнерусским временем.

В последние 7 — 8 лет здесь постоянно ведутся несанкционированные раскопки с целью сбора вещей для продажи. 19. ГОРОДИЩЕ (Венёвский р-н Тульской обл.)

Памятник многослойный. Ранние слои относятся к раннему железному веку. В частности, зафиксирован слой, относящийся к мощинской культуре IV — VII вв. В эпоху средневековья жизнь на городище восстанавливается и как древнерусское селище памятник доживает до позднего средневековья (ХIV — ХVII вв.).

В последние годы городище постоянно посещают грабители, с помощью металлодетектора обследующие территорию памятника и нарушающие культурный слой многочисленными ямами. 20. ГОРОДИЩЕ КАРТАВЦЕВО
(Алексинский р-н Тульской обл.)

Городище, на котором зафиксирован культурный слой раннего железного века и древнерусского времени, расположено на овальной площадке, защищённой с напольной стороны валами (высотой до 6 м) и рвом. На городище зафиксирована лепная керамика, датированная первой половиной I тыс. н. э., и древнерусская гончарная керамика ХII — ХIII вв.

В настоящее время на памятнике постоянно проводятся грабительские раскопки. 21. ГОРОДИЩЕ ТИМОФЕЕВКА
(Дубенский р-н Тульской обл.)

Древнерусское городище, предположительно средневековый город Волконск Тарусского княжества. Остатки укреплений сохранились в виде эскарпирования мысового склона и двух земляных валов высотой до 4 м, защищающих площадку с напольной стороны. Мощность культурного слоя достигает 1 м. На городище выявлены остатки построек Х — ХIII вв., следы металлургического производства XVI в.

В последние годы памятник регулярно посещается грабителями, использующими, судя по характеру ям, металлодетектор. 22. ГОРОДИЩЕ СУПРУТЫ
(Щёкинский р-н Тульской обл.)

Многослойный памятник, сохранивший культурные напластования раннего железного века, раннего и развитого средневековья. В верхних горизонтах культурного слоя преобладают находки, близкие к роменско-борщёвской культуре и характерные для памятников вятичей VIII — Х вв. На городище найдены 4 клада, в состав которых входили саманидские дирхемы IХ — Х вв., серьги салтовского типа, витой серебряный браслет, височные кольца, поясной и уздечный наборы, медный котёл и другие вещи, датирующиеся IХ — Х вв. Материалы памятника имеют важное значение для реконструкции процессов колонизации славянами данных территорий, включения их в состав Древнерусского государства, взаимоотношений с кочевым миром.

В последние годы на памятнике ведутся несанкционированные раскопки. С помощью металлодетектора обследована вся территория памятника, культурный слой нарушен грабительскими ямами, зачастую больших размеров. Из культурного слоя извлечено значительное количество средневековых вещей. 23. БЕСЕДИНСКИЙ АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС
(Курский р-н Курской обл.)

Состоит из Бесединского (Ратского) городища, пяти селищ и курганов. Городище основано в раннем железном веке носителями скифоидных культур. Сложение комплекса относится к IХ — Х вв. и связано с роменской культурой. В древнерусский период складывается трёхчастная структура, характерная для древнерусского города (детинец, окольный город, посад).

К роменско-древнерусскому периоду относятся отдельные курганы, расположенные на территории комплекса, в непосредственной близости от поселений. По мнению ряда учёных, городище и прилегающие к нему селища представляют собой остатки древнерусского города Ратун, существовавшего до позднего средневековья.

В различное время комплекс исследовали Д.Я.Самоквасов, И.И.Ляпушкин, Ю.А.Липкинг, Э.А.Сымонович, П.Г.Гайдуков, А.В.Кашкин.

В последние годы памятник активно разрушается несанкционированными раскопками. С помощью лопат и техники вскрываются большие площади.  24. ГОЧЕВСКИЙ АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС
(Беловский р-н Курской обл.)

Комплекс включает в себя два городища (Крутой Курган и Царский Дворец), а также примыкающее к ним селище, курганный и, возможно, грунтовый могильники, отражающие этапы развития одного поселения с IX по XIII в. Ранние слои городища Крутой Курган содержат материалы скифоидной культуры. В IX в. на нём возникает поселение роменской культуры. К этому же времени относятся наиболее ранние погребения курганного могильника. В начале XI в. на месте роменского поселения возникает древнерусский город — пограничная крепость.

Рядом с городом функционирует городской некрополь — курганный могильник, который содержит погребения дружинников с оружием. В середине XIII в. город был взят татарами. Комплекс исследовали Д.Я.Самоквасов, В.Н.Глазов, Б.А.Рыбаков, Б.А.Шрамко, А.В.Кашкин и др.

В последние годы на памятниках проводятся несанкционированные раскопки. Особенно сильному разграблению подвергается курганный могильник, на котором не осталось ни одной непотревоженной насыпи. 25. ЛИПИНСКИЙ АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС
(Октябрьский р-н Курской обл.)

Комплекс состоит из Липинского городища, 6 селищ, 2 курганных и 2 грунтовых могильников. Курганные могильники и грунтовый могильник 1 ныне не существуют. Комплекс возник в IХ — Х вв., когда пространство было освоено представителями роменской культуры. В древнерусское время (ХI — ХIII вв.) большая часть селищ прекращает своё существование и жизнь сосредоточивается на городище и селище 1. По мнению ряда исследователей, основная часть Липинского археологического комплекса является детинцем и посадом древнерусского города (Липецка или Липовическа) — одного из удельных центров Курского княжества.

Городище известно с конца 80-х гг. XIX в. Раскопки на нём вели В.Е.Данилевич, Р.Л.Розенфельдт, И.И.Ляпушкин, Э.А.Сымонович, А.В.Кашкин и др. Археологическим исследованиям подвергались селища и грунтовый могильник 2.

В настоящее время памятник постоянно подвергается грабительским раскопкам, в результате чего культурный слой нарушается многочисленными ямами и траншеями, а собранный материал навсегда утрачивается для исследователей. 26. ГОРОДИЩЕ ФАНАГОРИЯ
(Краснодарский край)

Античный город VI в. до н. э. — VI в. н. э. Второй по величине город Боспорского царства. Известен по описаниям с XVIII — XIX вв. Первые раскопки городского некрополя произведены в 40-е гг. XIX в. Систематические исследования проводились начиная с 1936 г. (экспедиция под руководством В.Д.Блаватского и А.П.Смирнова). В разное время памятник исследовали М.М.Кобылина, С.В.Долгоруков. В настоящее время исследования ведёт экспедиция ИА РАН под руководством В.Д.Кузнецова.

Начиная с 1990-х гг. памятник систематически подвергается несанкционированным раскопкам с целью выбора ценных находок (монет, украшений, предметов вооружения и др.) для продажи перекупщикам, реализующих свой «товар» на рынках Крыма и Краснодарского края. 27. ГОРОДИЩЕ ПАТРЕЙ
(Краснодарский край)

Античное поселение Боспорского царства. Существовало с VI в. до н. э. по IV в. н. э. С территории памятника происходят большие коллекции античной керамики, украшений, вооружения, монет. Первое описание памятника относится к середине XIX в. Археологическое исследование начал в 1928 г. А.С.Башкиров. Систематические раскопки велись в 1948 — 1951, 1960 — 1961 (А.А.Башкиров), 1964 — 1965, 1969 — 1970 гг. (Н.И.Сокольский). В настоящее время на городище работает экспедиция ИА РАН под руководством А.П.Абрамова.

Начиная с 1990-х гг., памятник подвергается активному разграблению. Наряду с небольшими ямами, на территории городища забиваются площадные раскопы, с разбивкой сетки. 28. ТАМАНСКОЕ ГОРОДИЩЕ
(Краснодарский край)

Памятник локализуется на месте современной станицы Тамань. Мощность культурного слоя составляет около 10 — 12 м. Нижние слои представлены напластованиями античного времени (город Гермонасса), а верхние — хазарского (V — IХ вв.), древнерусского (Тмутаракань, Х — ХII вв.) и византийско-половецкого (ХII — ХIII вв.) периодов.

Первые раскопки на памятнике были проведены ещё в 1824 г. Систематические и планомерные исследования были начаты в 1951 г. экспедицией под руководством Б.А.Рыбакова. С 1955 г. работами руководила И.Б.Зеест, а с 1971 г. — А.К.Коровина. С территории городища происходят большие коллекции античной керамики (в том числе чёрнолаковой и краснолаковой), терракотовые и мраморные статуэтки, монеты и т. д. К средневековым слоям городища относятся многочисленные находки керамики (в том числе глазурованной и расписной), стеклянных изделий (сосудов, браслетов, бус и др.), монет, украшений и т. д.

Всё это привлекает грабителей, организующих систематические разрытия на площади памятника. Значительная мощность напластований заставляет их закладывать раскопы, уничтожающие большие объёмы культурного слоя. Керамика и массовый материал, не имеющие, по мнению грабителей, материальной ценности, выбрасываются. 29. ГОРОД ГОРГИППИЯ
(г. Анапа, Краснодарский край)

Античный город, расположен на месте современной Анапы. Начиная с середины XIX в. раскопки курганов на территории Анапы и её окрестностей вели В.И.Сизов, А.А.Сибирский, Ф.С.Байерен, В.Г.Тизенгаузен, Н.И.Веселовский. В 1949 г. В.Д.Блаватским были намечены границы древнего города и выявлена стратиграфия культурного слоя. С 1960 г. начались систематические раскопки города под руководством И.Т.Кругликовой, а с 1973 г. по настоящее время раскопки ведет экспедиция ИА РАН под руководством Е.М.Алексеевой. С территории города происходит большое количество эпиграфических памятников, монет, произведений античного искусства и др.

В настоящее время на памятнике регулярно проводятся несанкционированные раскопки с использованием металлодетектора. 30. ПОСЕЛЕНИЕ ТИРАМБА
(Краснодарский край)

Самые ранние слои памятника относятся к VI — V вв. до н. э. Расцвет Тирамбы приходится на IV — III вв. до н. э. В середине I в. до н. э. здесь возводится укрепление из сырцовых кирпичей, с глубоким рвом вокруг стен и отходящим от них оборонительным валом. Крепость гибнет на рубеже I и II вв. н. э., но жизнь на городище продолжается ещё и в III в. н. э. В 1960-е гг. раскопки на памятнике вела А.К.Коровина. С территории городища и его некрополя происходят коллекции керамических изделий, античного оружия, ювелирных украшений, монет.

В последнее десятилетие памятник регулярно подвергается несанкционированным раскопкам. Зачастую для поиска металлических вещей используется металлодетектор. 31. ПОСЕЛЕНИЕ СЕМИБРАТНЕЕ
(Краснодарский край)

Поселение, расположенное на левой надпойменной террасе р. Кубань, хорошо известно ещё с XIX в. Самый ранний слой, соответствующий времени основания поселения и строительства его первых оборонительных стен, датируется VI — V вв. до н. э. В первые века н. э. жизнь на поселении резко меняется. Ранняя, северная, часть городища фактически забрасывается, а южнее возводится крепость правильной прямоугольной формы, которая хорошо фиксируется по аэрофотоснимку. Среди массового материала на памятнике встречаются краснофигурная, чёрнофигурная и чёрнолаковая керамика, здесь же найдены барабаны колонн, фрагменты мраморных скульптур, терракоты, монеты, оружие.

С начала 1990-х гг. на памятнике активно ведутся грабительские раскопки. Для более результативного поиска используются различные конструкции металлодетекторов. 32. ПОСЕЛЕНИЕ КАМЕННАЯ БАТАРЕЙКА
(Краснодарский край)

Поселение находится на мысе, который отделяет Денской залив от Таманского залива. Археологические исследования на памятнике в 70-е гг. проводились Н.И.Сокольским. В ходе раскопок обнаружены остатки башни и отрезок куртины, примыкающей к ней с запада. Возникла цитадель в конце I в. до н.э, а погибла на рубеже I — II вв. н.э. Вокруг крепости находилось неукреплённое поселение. С территории памятника происходят коллекции керамических изделий, оружия, ювелирных изделий, монет.

В последние годы культурный слой на памятнике активно разрушается грабителями. Выкапывая отдельные вещи, представляющие ценность, для продажи на рынке, они перемещают культурный слой вместе с массовым материалом. 33. ПОСЕЛЕНИЕ БЕРЕГОВОЕ 4
(Краснодарский край)

Античное «сельское поселение» конца VI — III в. н. э. Располагается на западной оконечности Фанталовского п-ова, на берегу Таманского залива.

Археологические работы проводились с 60-х по 2003 гг. экспедициями под руководством Б.Г.Петерса, А.А.Завойкина и Н.И.Сударева. На территории расчищено много каменных архитектурных деталей, сырцовых зданий, погибших в пожаре во второй четверти V в. до н.э. В нижних слоях исследовано уникальное для греческого мира сооружение круглой формы — «толос» второй половины VI в. до н.э. Это позволяет предполагать, что поселение является неизвестной ранее греческой колонией.

В последние годы памятник активно разрушается грабительскими раскопками, которые в 2003 году уничтожили культурный слой в южной части раскопа, затронув южную часть стены «толоса». На всей территории памятника заложены грабительские шурфы, которые имитируют археологические раскопы. Кладоискателями активно подрывается берег, вследствие чего сильно ускоряется береговая абразия. 34. ГОРОДИЩЕ КРАСНЫЙ ОКТЯБРЬ 1
(Краснодарский край)

Городище имеет вид четырёхугольного земляного укрепления. В.А.Соловьёв предполагал, что упоминаемый в «Географическом словаре Российской империи» (1801 г.) «Кубань городок» располагался именно здесь — «на главном русле Кубани». В XIV в. это — один из «первейших городов страны», погибший в 1395 г. при нашествии Тамерлана.

В последние годы на территории памятника регулярно проводятся несанкционированные раскопки. 35. ГОРОДИЩЕ СТАРАЯ РЯЗАНЬ
(Спасский р-н Рязанской обл.)

Один из самых известных древнерусских памятников, стольный город Рязанского княжества. Уничтожен в результате монголо-татарского похода в декабре 1237 г. Впоследствии запустел и превратился в поселение сельского типа. Памятник исследуется с конца XIX в. В ходе многолетних раскопок (К.Калайдовский, Д.Тихомиров, А.В.Селиванов, А.И.Черепнин, В.А.Городцов, А.Л.Монгайт, В.П.Даркевич и др.) исследовано несколько тысяч кв. м. Культурный слой достигает мощности 1,5 м. Здесь найдены остатки многочисленных жилых и хозяйственных построек, ремесленные мастерские, оборонительные сооружения, развалины храмов и пр. Старорязанское городище славится найденными здесь кладами высокохудожественных ювелирных изделий, зарытых накануне монголо-татарского нашествия. Всего обнаружено 13 кладов.

Один из первых памятников, подвергшихся несанкционированным раскопкам. Сейчас городище грабят систематически. В 2003 г. на его территории неизвестными лицами было вскрыто шесть участков площадью от 4 до 30 кв. м. Один из таких шурфов разрушил часть постройки, о чём свидетельствуют обнаруженные в нём остатки печи. Общая площадь культурного слоя, нарушенного на территории памятника в 2003 г., составляет около 200 кв. м. По сведениям, полученным археологами от местных жителей, на территории городища в 2003 г. кладоискатели обнаружили два клада серебряных украшений. Один из кладов арестован ФСБ и в настоящее время выставлен в Рязанском областном краеведческом музее, судьба второго неизвестна. 36. НОВО-ОЛЬГОВСКОЕ ГОРОДИЩЕ (НИКИТИНО 2)
(Спасский р-н Рязанской обл.)

Городище связывают с остатками упомянутого в Воскресенской летописи «нового городка Ольгова», являвшегося феодальным замком. Исследовалось в 1888 г. А.В.Селивановым. Культурный слой содержит гончарную древнерусскую керамику, обломки стеклянных браслетов, шиферные пряслица, железные ножи и прочие предметы, характерные для древнерусских поселений. Близ вала исследованы остатки христианского храма. Исследование памятника имеет важное значение для решения проблем феодализации края, формирования территории Рязанского княжества и системы его обороны.

В 2003 г. на территории памятника выявлены многочисленные нарушения культурного слоя. Судя по форме и глубине, территория городища сканировалась при помощи металлодетектора. 37. ГРУНТОВЫЙ МОГИЛЬНИК БОРОК
(Шиловский р-н Рязанской обл.)

Памятник, расположенный на восточном берегу оз. Ундрих, относится к финноугорской рязано-окской культуре. Могильник известен с начала XX в. Исследовался В.А.Городцовым (1905 г.) и И.Р.Ахмедовым (1999 г.). Здесь обнаружены одиночные погребения, совершённые по обряду трупоположения. Среди находок преобладают украшения, детали одежды, предметы быта и оружие.

В последнее десятилетие на территории памятника регулярно проводятся несанкционированные раскопки погребений с целью выборки украшений из цветного металла. 38. АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ВЕСЬ
(Суздальский р-н Владимирской обл.)

Поселенческий комплекс конца X — XV в. в центральной части Суздальского Ополья, включает 6 древнерусских селищ у д. Весь на р.Ирмес. Представляет значительный интерес как один из древнейших локальных центров средневекового расселения в центральных районах Северо-Восточной Руси. Культурный слой поселений содержит богатейший вещевой материал, характеризующий культуру древнерусской деревни.

Следы многочисленных грабительских нарушений зафиксированы на площадках двух селищ — Весь I и Весь V, выделяющихся хорошей сохранностью культурного слоя и обилием вещевого материала. Часть средневековых украшений, собранных грабителями, предположительно поступила на рынок «Вернисаж» в Измайлово. 39. АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ КОМПЛЕКС ВАСИЛЬКОВ
(Суздальский р-н Владимирской обл.)

Археологический комплекс, включающий городище, селище и курганную группу у д. Васильково, датируется ранним железным веком — средневековьем (Х — ХIII вв.). Это один из центров средневекового расселения в центральных районах Северо-Восточной Руси. В культурном слое селища и курганном могильнике содержится богатый вещевой материал, характеризующий культуру древнерусской деревни и военной элиты.

Следы многочисленных грабительских нарушений в течение нескольких лет (1999 — 2002 гг.) фиксировались на площадках городища и селища. Характер нарушений свидетельствует об использовании металлодетектора. Судьба находок неизвестна. 40. ГОРОДИЩЕ ВЫЖЕГША
(Юрьев-Польской р-н Владимирской обл.)

Уникальный памятник дьяковской и мерянской культур, одно из редких укреплённых поселений летописной мери в центральных районах Северо-Восточной Руси. Особую ценность памятнику придаёт находка на его площадке клада куфических монет 840-х гг., документирующих начало поступления арабского серебра в Волго-Клязьминское междуречье.

Культурный слой на площадке памятника почти полностью уничтожен грабителями, извлекшими из него остатки клада куфических монет и сотни предметов вооружения, украшений и бытовых вещей. Грабительские раскопки начались в начале 1990-х гг. и продолжаются по сей день. Часть здешних находок продавалась на рынке «Вернисаж». 41. СТАРОДЕВИЧЕСКИЙ МОГИЛЬНИК
(Ельниковский р-н Республики Мордовия)

Грунтовый могильник обнаружен в 1986 г. разведочной экспедицией Научно-исследовательского института при Совете Министров МАССР. Памятник исследовался в полевые сезоны 1987 — 1989 гг. экспедицией НИИ под руководством И.М.Петербургского. В результате раскопок на площади около 560 кв. м вскрыто 136 захоронений. В погребениях найден богатый погребальный инвентарь: орудия труда и быта, оружие, бронзовые и серебряные украшения костюма. Стародевический могильник оставлен мордвой-мокшей и датируется ХI — ХIV вв.

С конца 1990-х гг. на территории могильника регулярно проводятся несанкционированные раскопки. При помощи металлодетектора грабители фиксируют цветной металл (украшения), которые затем изымают для продажи на рынке. 42. КЕЛЬГИНИНСКИЙ МОГИЛЬНИК
(Зубово-Полянский р-н Республики Мордовия)

Грунтовый могильник мордвы-мокши Х — ХV, XVI — первой половины XVIII вв.

В разные годы раскопки на могильнике вели А.С.Воскресенский, Р.Ф.Воронина, Е.Алихова, А.В.Циркин, В.И.Вихляев. На площади 849 кв. м было исследовано 267 погребений, в том числе 8 конских. В погребениях найден многочисленный вещевой инвентарь. В мужских захоронениях встречаются наконечники стрел, сюльгамы, поясные наборы, височные кольца, керамические сосуды и др., в женских — сложные украшения косы (пулокери), височные подвески, различные застёжки, бусы, перстни, сосуды и т. д.

С весны 2001 г. памятник регулярно подвергается грабительским раскопкам, площадь которых достигает 4800 кв. м. Для снятия верхнего дернового слоя грабители используют землеройную технику. О фактах несанкционированных раскопок поставлена в известность администрация, прокуратура и милиция Зубово-Полянского р-на. Прокуратурой Республики Мордовия было заведено уголовное дело, однако за недостаточностью улик оно было закрыто. Местная администрация грабежу могильника не препятствует. 43. МОГИЛЬНИК У ПОСЁЛКА ЗАРЯ
(Зубово-Полянский р-н Республики Мордовия)

Грунтовый могильник открыт при земляных работах местными жителями. Раскапывался в 1957 — 1959 гг. экспедицией МНИИЯЛИЭ под руководством М.Ф.Жиганова. Вскрыто более 100 погребений. В захоронениях содержится богатый погребальный инвентарь. Памятник оставлен мордвой-мокшей и датируется IХ — Х и ХIII — ХIV вв.

Богатый инвентарь привлекает грабителей, которые регулярно проводят здесь несанкционированные раскопки. С помощью металлодетектора выявляется цветной металл. Затем могильные ямы вскрываются. Для земляных работ зачастую привлекаются местные жители. 44. ЗОЛОТАРЁВСКОЕ ГОРОДИЩЕ
(Пензенская обл.)

Городище открыто в 1882 г. Ф.Ф.Чекалиным. С 1952 г. началось научное изучение памятника археологической экспедицией под руководством М.Р.Полесских. С 1998 г. раскопки городища ведёт экспедиция во главе с Г.Н.Белорыбкиным. За 14 полевых сезонов было вскрыто более 1000 кв. м. Культурный слой содержал материалы, характерные для мордвы ХI — ХII вв., и вещи ХII — ХIII вв. булгарского типа, определяемые некоторыми учёными как буртасские. Помимо вещей, на городище обнаружены многочисленные жилые и хозяйственные постройки, очаги, в которых встречались кости животных, керамика и зёрна хлебных злаков. Городище было одним из пунктов на торговом пути из Киева в Волжскую Болгарию, поэтому имеет большое значение для реконструкции торговых отношений между двумя государствами.

В последние годы на городище и окружающих его поселениях регулярно проводятся широкомасштабные грабительские раскопки. 45. СЕЛИТРЕННОЕ ГОРОДИЩЕ
(Харабалинский р-н Астраханской обл.)

Археологический памятник представляет собой остатки столицы Золотой Орды — города Сарая. Существование города относится к XIII — XV вв. В это время Сарай был не только самым значительным городом Золотой Орды, но и одним из крупнейших во всей средневековой Европе. Площадь его с пригородами составляла 36 кв. км, а количество населения достигало 75000 человек.

В настоящее время площадь городища — приблизительно 10 кв. км (центральная часть застроена домами с. Селитренное). Это самый значительный и крупный памятник археологии в Астраханской обл. С 1960-х гг. по настоящее время на городище ведёт раскопки Поволжская археологическая экспедиция Института археологии РАН и Московского Государственного университета, при участии Марийского Государственного университета. Охранные мероприятия на городище не проводятся.

В последнее десятилетие памятник стал местом настоящего массового «паломничества» грабителей. При попустительстве местных властей ежегодно происходят масштабные разрушения культурного слоя на площадке городища. Археологические предметы, в том числе и из драгоценных металлов, вывозятся с городища тысячами. Одним из организаторов кладоискательской деятельности является санкт-петербургское Историко-изыскательское общество. 46. ГРУНТОВЫЙ МОГИЛЬНИК МОКРАЯ БАЛКА 1
(г. Кисловодск)

Памятник открыт А.Агачевым и В.Лученковым в 1967 г. Могильник неоднократно исследовался А.П.Руничем, Г.Е.Афанасьевым, В.Б.Ковалевской (1968 — 1980 гг.). Здесь были зафиксированы многочисленные катакомбные погребения, в том числе погребение коня, открыты погребальные сооружения и один дромос. Культурная принадлежность памятника аланская (V — VIII вв. н. э.). В 1982 г. территория могильника была осмотрена Я.Б.Березиным и его отрядом. Установлено, что 4 катакомбы были разрушены рабочими при расширении дороги, зафиксированы следы грабительской ямы.

В последние годы памятник регулярно посещается грабителями, которые по западинам определяют местоположение погребальных камер и вскрывают их. 47. ГРУНТОВЫЙ МОГИЛЬНИК РИМ-ГОРА 1
(Малокарачаевский р-н Карачаево-Черкесии)

Памятник открыт В.Ф.Смолиным в 1927 г. С 1936 г. раскопки на Рим-Горе вел А. П. Рунич (в некоторые годы — совместно с Н.Н.Михайловым). С 1984 г. на могильнике работал С.Н.Савенко, раскопавший здесь 7 катакомб и грунтовое погребение с заплечиками. Судя по найденному инвентарю, могильник относится к позднеаланскому времени (Х — ХII вв. н. э.).

В настоящее время могильник подвергается активному и систематическому разграблению с использованием щупов и металлодетекторов. 48. СВЯТИЛИЩЕ КАМЕНЬ ПИСАНЫЙ
(Красновишерский р-н Пермской обл.)

Святилище и памятник наскальной живописи, функционировавшее от эпохи неолита до средневековья, открыто пленным шведским капитаном Страленбергом в начале XVIII в. и тогда же опубликовано на Западе. Исследовалось в 1947 г. О.Н.Бадером и В.Ф.Генингом и в 1996 — 1997 гг. — А.Ф.Мельничуком и Р.С.Казанцевым.

С 1950-х гг. Вишера является зоной туристических маршрутов, при этом локализация памятника описана в популярных путеводителях.

Особенность святилища такова, что значительное количество находок обнаруживается в скальных трещинах и на слабозадернованных карнизах, вследствие чего легко доступно для разграбления. 49. СВЯТИЛИЩЕ КАМЕНЬ ДЫРОВАТЫЙ
(Чусовской р-н Пермской обл.)

Памятник представляет собой святилище эпохи раннего железа — раннего средневековья. Находится в зоне активных туристических маршрутов, отмечен в популярных туристических путеводителях. Археологами практически не исследован.

В 1998 г. сотрудник КАЭ ПГУ Р.С.Казанцев зафиксировал на памятнике следы несанкционированных археологических раскопок. 50. КУДАШЕВСКИЙ МОГИЛЬНИК
(Бардымский р-н Пермской обл.)

Памятник относится к ломоватовской культуре и датируется концом V — VI в. н. э.

По сообщению КВАЭ УдГУ от 17 августа 1998 г., могильник подвергся грабежу с применением металлодетекторов, благодаря которым грабительские ямы попали на богатые металлом погребения. Разрушены 21,59 кв. м, 3 могилы. Некоторые стенки грабительских ям зачищены для наблюдения стратиграфии. Отдельные вещи, не заинтересовавшие грабителей (косы-горбуши, фрагмент наконечника копья), оказались выброшенными. 51. ПЕЩЕРНЫЙ КОМПЛЕКС БЛИЗ г. АЛЕКСАНДРОВСКА
(Александровский р-н Пермской обл.)

Пещерный археологический комплекс использовался от неолита до средневековья. В 2002 г. сотрудник КАЭ ПГУ Д.Изосимов при осмотре ряда пещерных археологических памятников выявил следы грабительских раскопок.

В пещере Двухэтажка зафиксированы сильные разрушения слоя, памятник практически полностью разрушен грабительскими раскопками. В Чаньвенской (Вогульской) и Дующей пещере обнаружены нерекультивированные ямы и раскопы. 52. ГЛЯДЕНОВСКОЕ СВЯТИЛИЩЕ
(Пермский р-н Пермской обл.)

Эталонный памятник гляденовской культуры (IV в. до н. э. — I в. н. э.) был открыт в 1886 г. В.Новокрещенных. Позднее святилище активно исследовал А.А.Спицын. На памятнике до сих пор продолжаются планомерные археологические раскопки КАЭ ПГУ.

В 1998 г. на памятнике были впервые зафиксированы следы грабительских ям, с тех пор они выявляются ежегодно. В сентябре 2002 г. при осмотре памятника инспекторами ОЦОП обнаружены шурфы. Попытка возбудить уголовное дело окончилось неудачей. 53. МОКИНСКИЙ МОГИЛЬНИК
(Пермский р-н Пермской обл.)

Крупный могильник ломоватовской культуры (IV — VI вв. н. э.) содержит уникальные артефакты. В процессе археологических раскопок КАЭ ПГУ в его захоронениях были найдены золотые и серебряные вещи, драгоценные и полудрагоценные камни, древнеримские предметы искусства мировой значимости.

Впервые следы ограбления были зафиксированы в 1998 г. Сейчас площадь разрушений превышает 50 кв. м. По сведениям местных жителей, в грабеже могильника принимают участие и сотрудники милиции. 54. ПОЖВИНСКИЙ МОГИЛЬНИК
(Пожвинский р-н Пермского Коми-округа)

Памятник, принадлежащий родановской культуре (ХII — ХIII вв.), открыт в 1997 г. Тогда же стало известно о неоднократном посещении его грабителями.

В 2002 г. проведенны полномасштабные несанкционированные раскопки. 55. ИСКОРСКОЕ ГОРОДИЩЕ
(Чусовской р-н Пермской обл.)

Памятник принадлежит родановской культуре (IХ — ХV вв.).

Следы грабительских раскопок в виде траншей зафиксированы в 1998 и 2003 гг. По сведениям местных жителей, грабители хорошо оснащены техникой (автотранспорт, металлодетекторы). 56. ШАЙГИНСКОЕ ГОРОДИЩЕ
(Партизанский р-н Приморского края)

Средневековое городище времени существования чжурчжэньской империи Цзинь (ХII — ХIII вв.). На городище зафиксирован богатый культурный слой, который привлекает внимание грабителей.

В последние годы в результате несанкционированных раскопок вскрыта треть памятника. Из культурного слоя извлечены многочисленные археологические находки, полностью разрушены остатки сооружений. Некоторые археологические находки (бронзовые зеркала, печати, монеты) удалось изъять у кладоискателей, однако большая их часть продана.